8 (3412) 64-04-36, 8 (3412) 64-04-47


«Переезд-Сервис18»

Поскольку же «истина» имеет этот смысл и Λογος, есть определенный модус давания видеть, Xoyoq именно не может рассматриваться как первичное «место» истины. Если, как сегодня стало сплошь привычным, истину определяют как то, что присуще «собственно» суждению и с этим тезисом сверх того апеллируют к Аристотелю, то насколько эта апелляция неоправданна, настолько, главное, греческая концепция истины не понята. «Истинно» в греческом смысле, и притом исконнее чем сказанный Λογος, «чувство», са’(79г|стк» простое чувственное внятие чего-то. Поскольку oacr9r|(7i(; всегда нацелен на свое 1’5кх, на сущее, всякий раз генуинно доступное именно только через определенное чувство и для него, например зрение – на цвета, то их внятие всегда истинно. Это значит: зрение открывает всегда цвета, слух открывает всегда тона. В чистейшем и исконнейшем смысле «истинно» – т. е. лишь открывающе, так что оно никогда не способно скрывать, – чистое voe’Tv, прямое вглядывающееся внятие простейших бытийных определений сущего как такого. Это voelv никогда не способно скрывать, никогда быть ложным, оно способно в крайнем случае оказываться не-внятием, ayvoeTv, быть недостаточным для простого, соразмерного подхода. Что уже не имеет формой своего осуществления чистое давание видеть, но всякий раз прибегает в показе к чему-то другому и таким образом всякий раз дает видеть нечто как нечто, то перенимает с этой синтезирующей структурой возможность сокрытия. «Истина суждения» есть опять же лишь противоположность этому сокрытию – т. е. многосложно фундированный феномен истины. Реализм и идеализм с одинаковой основательностью промахиваются мимо смысла греческого понятия истины, из которого вообще только и удается понять возможность чего-то подобного «учению об идеях» в смысле философского познания.

НОВОСТИ

GISMETEO: Погода по г.Ижевск